 |
И в самом деле произошли удивительные события. Лежит Юраш в лесу у самой мельницы и внимательно следит, не покажется ли Васко...
- Я хочу... - начал Мапуи, и из-за плеч Мапуи, обрамляя его коричневое лицо, высунулись коричневые лица двух женщин и дево..
Вот бывало прилетит грачонок, я посыплю ему крупы и спрашиваю: – Кашки хочешь, дурашка? Поклюет и улетит. И так каждый день, весь месяц...
Смотрите также:
Н. Вильмонт. Разговоры немецких беженцев. Комментарии
Иоганн Гете. Основные произведения
Н. Вильмонт. Избирательное сродство. Комментарии
100 Великих Любовников. Иоганн Гете
Великий немецкий поэт и мыслитель
Роль злого начала в судьбе человека (По трагедии «Фауст» И. В. Гете)
Человек и природа (По балладе И. В. Гете «Лесной царь»)
Вы читаете «Рейнеке-лис», страница 1 (прочитано 0%)
«Письма из Швейцарии. Часть Первая», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Новелла», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Иоганн Вольфганг Гете. Рейнеке-лис
Поэма
Песнь первая.
Был чудесный весенний праздник - троицын день. В зеленые одежды
нарядился лес, мягким нежно-зеленым ковром покрылись поля. На горах и
холмах, на деревьях, в кустах и на огородах садов снова запели звонкоголосые
птицы. Долины и луга запестрели и сладко запахли цветами. Разукрасилась
земля, празднично сияло небо.
Король зверей и птиц лев по имени Нобель, собирался задать в своем
дворце веселый пир. Ко всем знатным четвероногим и крылатым вельможам
королевства были разосланы гонцы с приглашением. Отказаться никто не имел
права.
Постепенно все собрались. Не хватало только Рейнеке-лиса. Слишком уж
много преступлений совершил этот плут, чтобы рискнуть показаться на глаза
тем, кто его обидел. А не пострадал от него только один барсук Гримбарт, да
и тот доводился лису племянником.
Трудно было сосчитать все жалобы, которые поступали на лиса.
Вот и теперь, едва только гости собрались, как вперед вышел волк
Изергим в окружении своих родных и друзей.
- Милостивейший наш государь! - начал он свою речь. - Всем известно,
какой вы великий и мудрый правитель, всем известны ваши доброта и
справедливость. Примите же мою жалобу на Рейнеке-лиса, от которого я
натерпелся слишком много горя и позора. Он не раз гнусно оскорблял мою жену,
он искалечил моих бедных детей, трое из которых ослепли.
Я мог бы рассказывать о его преступлениях целую неделю и то не
пересказал бы всего.
Мое терпение иссякло, государь, и я должен ему отомстить во что бы то
ни стало!
Потом песик Пустолайчик стал было рассказывать по-французски, как
Рейнеке похитил у него зимой последний кусочек колбасы. Но тут, злобно шипя,
вскочил со своего места раздраженный кот Гинце.
- О великий наш государь! - вкрадчиво промяукал он. - Поверьте, что
никто во всем собрании не пострадал от Рейнеке так, как вы сами. Лис
подрывает ваш авторитет - многие боятся его теперь больше, чем вас, своего
короля. А собачья жалоба - глупость, и Пустолайчику следовало бы
помалкивать. Ведь колбаса, о которой он тут рассказывает, была не его, а
моя! А дело было так. Отправился я однажды ночью на охоту. Иду - на дороге
мельница. Я вошел. Хозяйка спала. Я увидел колбасу и унес ее...
Грозное рычание леопарда заглушило последние его слова:
- Довольно болтать! Всем известно, что Рейнеке вор и разбойник,
способный на любое преступление. Всем известно, что лакомый кусок для него
дороже чести всего дворянства.
Не далее чем вчера он прикинулся вдруг кротким, богобоязненным пастырем
и вздумал учить нашего скромного и безобидного зайца Лямпе молитвенному
пению. Сели они
друг против друга и стали петь псалмы.
Тем временем:
... Необъяснимый успех коротенького номера раздражал Огюста. Гогот толпы резал слух. Но однажды вместо смеха раздалось улюлюканье, свист, на арену полетели шляпы и объедки. Огюст вновь нечаянно застрял на грани реальности и вымысла. Полчаса зрители терпеливо ждали, потом по рядам пополз недоуменный шепоток, быстро сменившийся возмущенным гулом… А потом раздался негодующий рев… Придя в себя, Огюст обнаружил, что лежит в своей гримерке, а над ним склонилось озабоченное лицо доктора. Вместо лица у клоуна было сплошное месиво из ссадин и кровоподтеков. На гриме уродливо запеклись багровые сгустки. Казалось, клоун побывал в лапах мясника садиста. Закулисье беспощадно. Администрация цирка немедля расторгла контракт, и Огюст оказался выброшенным из своего привычного мира. Дважды в одну реку не входят, решил он и отправился куда глаза глядят. Оставаясь неузнанным, тенью скользил среди тех, кого учил смеяться. Он не винил людей за короткую память, но в его сердце поселилась тоска. На глаза то и дело наворачивались слезы. Поначалу он не придавал им значения. Смахивая непрошеную влагу, говорил себе, что просто не успел привыкнуть к этой новой жизни, жизни без цирка, что скоро все образуется. Но шли месяцы, а ничего не менялось. Огюст страдал, чувствуя, что лишился чего то очень важного. Не работы, заключавшейся в том, чтобы веселить народ, — нет, он утратил нечто большее, без чего жизнь теряет смысл. Он долго ломал себе голову и однажды понял, что просто напросто забыл, каково это — быть счастливым. Потрясенный своим открытием, он выскочил на улицу, поймал такси и попросил отвезти его за город. Водитель вопросительно обернулся. — Все равно куда, лишь бы там были деревья, — поторопил пассажир. — Только умоляю, скорей! Это вопрос жизни и смерти. За угольным складом одиноко торчало чахлое деревце. Огюст велел остановиться. — Вы уверены, что это то, что вам нужно? — удивился водитель. — Да да, я выйду здесь, оставьте меня, — последовал резкий ответ. Огюст тщетно силился воскресить в памяти хотя бы отголосок того настроения, которое прежде служило прелюдией его вечернему выступлению. Палящее солнце нестерпимо жгло глаза...
"Библиотеки зарубежной фантастики и фэнтези".
IQB Group: создание сайтов и web дизайн, продвижение сайтов и оптимизация сайта.
